Краткий итог поста про наташ

[ratomira]

По итогам комментариев во вчерашнем посте:

Нихуя не смыслю ни в женской, ни в мужской красоте.

Турецкие обезьяны мужики - прекрасные аленделоны, желанные всеми бабами мира, а бабы на фото - страшные, старые и потасканные, и всенепременно татарки, хохлушки и молдаванки, а не русские.

Бабы - проститутки, но вместе с тем платят прекрасным туркам за секс с ними. А русские бабы - красивые, для них секс бесплатен.

И вааще нихуя не понимаю про еблю с турецкими аполлонами, которая охуенно качественная. Все пробовали, всем нравится, одна я дура не пробовала, и вааще я нацистка, шо щетаю таких великолепных ебарей абизянами, а не мужчинами.

Ну шо, Рассеюшка... Турция снова открыта. Про сбитый самолет забыли, терактов тоже больше не будет, Эрдоган извинился.

Вперед, москали, к безлимитному бухлу и турецким аленделонам!

Comments

[zadel.livejournal.com]

Да есть там наташи и значительно красивше, просто тебе не повезло их зафоткать.
а русачки всегда будут отрицать, у них это все еще со времен антон палыча чехова в традиции
http://www.rulit.me/books/dlinnyj-yazyk-read-80845-1.html

[ratomira.livejournal.com]

Почитала. Это прекрасно!

[nico dadiani (from livejournal.com)]

А "Яму" Куприна читали?Там был грузин Нижерадзе, вот его описание:

" Он был хотя и вспыльчив, но отходчив и в обращении женственно-мягок,
ласков, предупредителен, не теряя природной гордости... Одно в нем не
нравилось товарищам - какое-то преувеличенное, экзотическое женолюбие. Он был
непоколебимо, до святости или до глупости убежден в том, что он неотразимо
прекрасен собою, что все мужчины завидуют ему, все женщины влюблены в него,
а мужья ревнуют... Это хвастливое, навязчивое бабничество ни на минуту,
должно быть, даже и во сне, не покидало его. Идя по улице, он поминутно
толкал локтем в бок Лихонина, Соловьева или другого спутника и говорил,
причмокивая и кивая назад головой на прошедшую мимо женщину: "Це, це, це...
вай-вай! Зам-мэчатытыльный женшшына! Ка-ак она на меня посмотрела.
Захочу-моя будет!.."
За ним этот смешной недостаток знали, высмеивали эту его черту
добродушно и бесцеремонно, но охотно прощали ради той независимой
товарищеской услужливости и верности слову, данному мужчине (клятвы женщинам
были не в счет), которыми он обладал так естественно. Впрочем, надо сказать,
что он пользовался в самом деле большим успехом у женщин. Швейки, модистки,
хористки, кондитерские и телефонные барышни таяли от пристального взгляда
его тяжелых, сладких и томных черно-синих глаз..."

Кстати действие романа происходит в Киеве.